3.1.24. Неврология

Соотношение процессов возбуждения и торможения является ключевой функциональной характеристикой корковых систем, которое изменяется на протяжении всей жизни человека. Подростковый возраст считается критическим периодом для созревания этого соотношения. Однако в основном это было показанов исследованиях на животных. В то же время, данные in vivo у людей, подтверждающие созревание соотношения возбуждения-торможения на индивидуальном уровне, остаются ограниченными. В настоящем исследовании мы разработали индивидуализированный маркер in vivo регионального соотношения возбуждения-торможения у подростков, оцениваемый с помощью крупномасштабных симуляций биофизических сетевых моделей, подобранных по данным функциональной визуализации в состоянии покоя из срезовых (n = 752) и лонгитюдных (n = 149) когорт. В обоих наборах данных мы обнаружили повсеместное снижение соотношения возбуждения-торможения в ассоциативных областях, сопровождающееся увеличением или отсутствием изменений в сенсомоторных областях. Эта закономерность развития соответствовала многомасштабным маркерам дифференциации сенсомоторных и ассоциативных областей. Хотя наши основные результаты были устойчивы при различных конфигурациях модели, мы наблюдали локальные вариации, что подчеркивает важность выбора адекватной методологии для будущих исследований.

Недавно приобретенные воспоминания реактивируются в гиппокампе во время сна, что является начальным этапом их консолидации. Этот процесс происходит одновременно с реактивацией гиппокампом предыдущих воспоминаний, что ставит вопрос о том, как предотвратить интерференцию между более старыми и недавними, изначально лабильными, следами памяти. Теоретические исследования позволили предположить, что консолидация разнообразных воспоминаний с минимальной интерференцией может быть достигнута путем случайного чередования их реактивации. В качестве альтернативы можно предположить, что временная микроструктура сна может способствовать реактивации различных типов воспоминаний в определенных фазах. Для проверки этих двух гипотез мы разработали метод одновременной регистрации больших ансамблей в гиппокампе и мониторинга динамики сна с помощью пупиллометрии у мышей, находящихся в естественном сне. Колебания размера зрачка позволили выявить ранее неизвестную микроструктуру процессов памяти, связанных с медленным сном. Мы обнаружили, что воспроизведение воспоминаний о недавнем опыте преобладало в в комплексах «острая волна — рябь» во время периодов non-REM-сна, характеризующихся сужением зрачка, тогда как воспроизведение предыдущих воспоминаний преимущественно происходило в периоды, характеризующихся его расширением. Селективное нарушение комплекса «острая волна — рябь» в период медленного сна, характеризующийся сужением зрачков, ухудшало воспроизведение недавних воспоминаний, тогда как та же манипуляция в период, характеризующийся расширением зрачков, не оказывала поведенческого эффекта. Для периода сужения зрачков были характерны более сильные внешние возбуждающие воздействия, тогда как в период расширения зрачков - более выражено локальное торможение. Таким образом, микроструктура non-REM-сна организует воспроизведение в памяти, при этом более ранние и новые воспоминания разделены во времени на разные периоды и поддерживаются локальными и управляемыми извне механизмами соответственно. Наши результаты показывают, что мозг может мультиплексировать различные когнитивные процессы во время сна, что способствует непрерывному обучению без интерференции.

Актуальность. Изучение особенностей кинезиофобии у пациентов с нарушениями опорно-двигательного аппарата (ОДА) в период реабилитации позволяет расширить представления о психологических факторах, влияющих на успешность реабилитационного процесса. Данный аспект представляется особенно важным вследствие высокого уровня распространенности таких нарушений и значимостью комплексного восстановления. Малоподвижный образ жизни вносит свой негативный вклад в рост числа нарушений ОДА. Стоит также отметить, что на сегодняшний день оказание психологической помощи участникам боевых действий после полученных травм является актуальной проблемой для психологической практики. Важной составляющей реабилитации становится не только физическое восстановление, но и психологическое сопровождение, так как эмоциональное состояние напрямую влияет на успешность реабилитационных мероприятий. Цель. Изучение особенностей проявления кинезиофобии у мужчин и женщин с нарушениями ОДА. Выборка. В исследовании приняли участие 60 человек — 30 мужчин и 30 женщин — в возрасте от 37 до 59 лет (Мвозраст = 45,6; SD = 11,5) после реконструктивных хирургических операций, пациентов травматологического отделения ГБУЗ ГКБ № 1 им. Н.И. Пирогова. Методы. В исследовании применялись стандартизированные опросные методики: «Шкала Тампа» для измерения кинезиофобии; визуальная аналоговая шкала боли (ВАШ); госпитальная шкала тревоги и депрессии (HADS); «Интегративный тест тревожности — ИТТ»; опросник «Уровень комплаентности». Для статистической обработки данных использовались методы сравнительного и корреляционного анализа с применением критерия Манна — Уитни и коэффициента ранговой корреляции Спирмена. Результаты. В результате исследования получены данные об особенностях проявления кинеозиофобии у мужчин и женщин с нарушениями ОДА. Достоверных различий по уровню выраженности кинезиофобии между группами мужчин и женщин не выявлено как по суммарному показателю, так и по отдельным компонентам — физическому и психологическому. Выявлены особенности взаимосвязей кинезиофобии с уровнем депрессии и статистически значимые различия между исследуемыми группами по отдельным параметрам личностной тревожности. В обеих группах преобладала оценка боли как умеренной. При исследовании параметров комплаентности было установлено, что женщины характеризуются более высоким уровнем эмоциональной комплаентности по сравнению с мужчинами. Выводы. У пациентов с нарушениями ОДА в период реабилитации наблюдается ряд гендерных особенностей. Так, для женщин характерна взаимосвязь между уровнем депрессии и общим уровнем кинезиофобии, а также ее физическим компонентом. Их отличает более высокий общий уровень тревожности и уровень эмоциональной комплаентности по сравнению с мужчинами. В период реабилитации у пациенток с нарушениями ОДА при возрастающем страхе движения усиливается тревожность в социальной сфере, и они склонны больше беспокоиться о результатах лечения. Для мужчин в этот период в большей степени характерна выраженность физического компонента кинезиофобии, который связан с ситуативной тревожностью, сопровождающейся астеническими проявлениями, ощущением угрозы и неуверенности в себе.

Актуальность. Девиантное поведение у детей представляет собой сложную проблему, требующую комплексного подхода к коррекции, в особенности — у детей из неблагополучных семей. Несмотря на то, что в современной клинической практике редко проводится специфическая оценка нейропсихологических предикторов девиантности и не разрабатываются адресные вмешательства, рассмотрение отклоняющегося поведения у детей в контексте нарушений нейроонтогенеза и разработка стратегий опосредованной нейропсихологической коррекции представляется многообещающим направлением в терапии поведенческих расстройств. При этом танцевально-двигательная терапия (ТДТ) рассматривается как потенциально эффективный метод, способствующий улучшению эмоционального состояния и поведенческой регуляции описанной категории детей. Цель. Оценка эффективности ТДТ у детей с девиантным поведением из неблагополучных семей с помощью нейропсихологического анализа. Выборка. В исследовании приняли участие 34 ребенка из неблагополучных семей в возрасте от 7 до 9 лет, которые были случайным образом распределены в две группы: основную — 16 детей и контрольную — 18 детей. Методы. До и после 12-недельного курса ТДТ в основной и контрольной группах проводилась нейропсихологическая диагностика: оценка динамического, пространственно-кинестетического, зрительного праксиса, слухомоторных реакций по методике Т.В. Ахутиной; оценка импульсивности, физической и вербальной агрессии, склонности к поспешным действиям без достаточного обдумывания последствий по шкале Barratt Impulsiveness Scale for Children (BIS-C). Статистическая обработка полученных данных выполнялась с помощью программы IBM SPSS Statictics 27.01 с применением непараметрического теста Уилкоксона и критерия Манна — Уитни, с избранным уровнем статистической значимости р < 0,05. Результаты. При сравнении результатов диагностики до и после курса ТДТ были получены статистически достоверные различия по всем параметрам исследования в основной группе (динамический праксис — 2,06 против 5,43 баллов, р = 0,0003; пространственно-кинестетический праксис — 11 против 14,13 баллов, р = 0,0003; слухомоторные реакции — 3,94 против 6,5 баллов, р = 0,0004; зрительный праксис — 5,9 против 8,8 баллов, р = 0,006). Средний балл по шкале BIS-C до ТДТ составил 78,5 балла, после — 125,6 балла (р = 0,02). Результаты первичной диагностики в обеих группах были статистически сопоставимы, тогда как контрольная оценка показала достоверное улучшение показателей в основной группе по сравнению с контрольной. Выводы. Улучшение динамического, пространственно-кинестетического и зрительного праксиса, а также слухомоторных реакций после курса ТДТ указывает на развитие у детей способностей к планированию, организации движений, координации и восприятию информации. Увеличение баллов по шкале BIS-C может указывать на снижение импульсивности и улучшение контроля над поведением, что согласуется с имеющимися данными о позитивном влиянии ТДТ на эмоциональную регуляцию детей.

Введение. Изучение межполушарной асимметрии при пробуждении из разных фаз сна остается актуальным в настоящее время. Новизна нашего исследования заключается в выявлении связанности одновременно функционирующих корково-подкорковых систем мозга. Цель проведенного исследования – выявление межполушарной асимметрии при пробуждении из 2 стадии дневного сна по показателям амплитудно-амплитудных связей ритмов ЭЭГ. Рассматривалось когнитивное пробуждение с разной эффективностью выполнения задания на модели психомоторного теста. Методы. Одновременно с выполнением задания регистрировали многоканальную ЭЭГ. ЭЭГ оценивали на основе «материнского» комплексного Morlet-вейвлета. Мерой амплитудно-амплитудного взаимодействия ритмов ЭЭГ служил коэффициент корреляции Кендалла. Результаты. Отмечена большая площадь распространения асимметричных процессов в левом полушарии при полном восстановлении задания (по сравнению с неполным) на самом близком отрезке к началу нажатий. Пробуждение, сопровождающееся полным восстановлением деятельности, характеризовалось на временно́м отрезке 8–5 с преобладанием связей дельта-ритма в обоих полушариях, на отрезке 4–1 с стали преобладать связи тета-ритма, а также гамма-ритма. При неполном восстановлении деятельности отмечено увеличение числа связей дельта-ритма на отрезке 4–1 с по сравнению с отрезком 8-5 с. Обсуждение результатов. Когнитивное пробуждение, сопровождающееся разной эффективностью выполнения задания, характеризуется наличием межполушарной асимметрии по показателю связей ритмов ЭЭГ. Асимметрия формируется как за счет различного расположения связей по коре больших полушарий, так и набора связей. В двух экспериментальных ситуациях выявлено различное взаимодействие ритмов ЭЭГ, а следовательно, в ряде областей неодинаковое взаимодействие таламо-кортикальной и кортико-гиппокампальной систем.

Актуальность. В настоящее время технологии регистрации движения глаз (или айтрекинга) активно используются для изучения когнитивных процессов. Одна из актуальных задач в этой области связана с исследованием стратегий движения глаз (последовательности перемещения взора в пространстве и во времени) при восприятии лиц и лицевых экспрессий. Во многих работах анализ движений глаз традиционно проводился на основе изучения пространственного распределения фиксаций по базовым чертам лица (глаза–нос–рот). Предполагалось, что длительность фиксаций на той или другой черте может свидетельствовать о ее значимости в процессе распознавания. Значительно меньше изучался вопрос о влиянии стратегий движений глаз на эффективность распознавания. Его решение поможет выявить динамику процесса распознавания, а также типы и частотность использования различных стратегий. Цель. Целью данной работы являлось изучение типов стратегий и частоты их использования в первые 600–800 мс процесса распознавания лицевых экспрессий. Методы. Участникам предъявлялись фотографии 6 лиц (3 мужских, 3 женских), отражающих 7 базовых экспрессий. Их задача состояла в распознавании лицевой экспрессии. Во время предъявления регистрировались движения глаз. Выборка. В исследовании приняли участие 90 человек (50 женщин, 40 мужчин) в возрасте от 18 до 30 лет. Результаты. Были выявлены различные типы стратегий движения глаз в первые 600–800 мс перцептогенеза, а также определена степень предпочтения одних типов по отношению к другим. Показано, что при распознавании экспрессий радости и гнева их спектр расширяется по сравнению с распознаванием нейтрального выражения лица. Большая часть стратегий не связана с экспрессией, отраженной на лице, и носит, скорее, индивидуальный характер осматривания лица. Анализ гендерных особенностей использования стратегий показал, что женщины чаше начинают обзор лица с зоны глаз и используют более широкий спектр стратегий. Выводы. Выявленные типы стратегий движений глаз при распознавании лицевых экспрессий уточняют представления о динамике переработки зрительной информации в первые 600–800 мс перцептогенеза.

Актуальность. Феномен восприятия болезни интересует современных специалистов в области психогастроэнтерологии в силу того, что он во многом определяет ход и результат терапевтических вмешательств. Перспективной линией развития исследований в этом направлении является изучение того, как восприятие болезни, ее причин и последствий связано с соматическим и психологическим дистрессом у людей с болезнями органов пищеварения. Цель. Изучить восприятие болезни у людей с болезнями органов пищеварения и его взаимосвязей с симптомами соматического и психологического дистресса. Выборка. В исследовании приняли участие 138 людей, являющихся участниками онлайн-групп пациентов с болезнями органов пищеварения и медицинских форумов с консультациями гастроэнтерологов. Участники исследования были совершеннолетними и имели по крайней мере одну болезнь органов пищеварения, подтвержденную на очном приеме гастроэнтеролога (гастрит, панкреатит, холецистит и др.). Методы. Для тестирования была составлена анкета, содержащая опросник восприятия болезни (Revised Illness Perception Questionnaire, RIPQ), шкалу соматических симптомов (Somatic Symptom Scale-8, SSS-8), шкалу генерализованного тревожного расстройства (Generalized Anxiety Disorder-7, GAD-7) и опросник здоровья пациента (Patient Health Questionnaire-9, PHQ-9). Результаты. Восприятие болезни оказалось тесно связанным с симптомами соматического и психологического дистресса у людей с болезнями органов пищеварения: более позитивное восприятие болезни было связано с меньшей отягощенностью соматической, тревожной и депрессивной симптоматологией; напротив, более негативное восприятие болезни было связано с большей отягощенностью соматическими, тревожными и депрессивными проявлениями. Характер протекания дистресса оказался определяющим склонность людей к соматическим и психологическим атрибуциям: при соматическом дистрессе люди были склонны «соматизировать» причины болезней органов пищеварения, связывая развитие болезни с потерей иммунитета, при психологическом дистрессе люди были склонны «психологизировать» причины болезней органов пищеварения, объясняя развитие болезни стрессом, тревогой, напряжением и эмоциональным состоянием. Выводы. Значительная роль восприятия болезни в соматическом и психологическом дистрессе у людей с болезнями органов пищеварения определяет важность разработки профилактических и терапевтических вмешательств для развития и поддержания более позитивного восприятия людьми своих хронических заболеваний.

Актуальность. Нарушение зрения на разных этапах онтогенеза требует формирования механизмов сенсорной адаптации, обеспечивающих сохранение когнитивной активности и возможность эффективного взаимодействия с окружающей средой. Одним из ключевых компенсаторных механизмов в условиях зрительной депривации является развитие осязания, позволяющее частично восполнять дефицит визуальной информации. В основе компенсации лежат процессы кросс-модальной пластичности мозга. Эти процессы особенно выражены при раннем нарушении зрения. Развитие технологий сенсорной замены, ориентированных на поддержку адаптационных процессов при отсутствии зрительной стимуляции, обусловливает необходимость систематизированного анализа научных данных. Цель. Картирование и аналитическая систематизация исследований, посвященных роли осязания в сенсорной адаптации при нарушении зрения, с акцентом на кросс-модальную пластичность. Методы. Работа выполнена в формате обзора предметного поля. Поиск релевантных публикаций проведен в базах eLibrary.ru, КиберЛенинка, PubMed и Google Scholar без ограничений по году, что позволило охватить период от работ И.М. Сеченова до исследований 2024 г. Отбор публикаций проводился по ключевым словам, отражающим проблематику тактильной компенсации и кросс-модальной пластичности. Итоговая выборка составила 63 источника в области нейронауки, нейропсихологии, тифлопсихологии и сенсорных технологий. Результаты. Обзор раскрывает, что нарушение зрения сопровождается функциональной перестройкой сенсорной системы, при которой зрительная кора вовлекается в обработку тактильной и слуховой информации. У лиц с нарушением зрения отмечается повышенная тактильная чувствительность, особенно в задачах на различение формы, текстуры и пространственных характеристик стимулов. Технические средства сенсорной замены могут усиливать компенсаторные механизмы при условии регулярного обучения и применения. Выводы. Кросс-модальная пластичность мозга является базовым механизмом сенсорной компенсации при нарушении зрения. Развитие тактильного восприятия и использование технологий сенсорной замены рассматриваются как факторы когнитивной, эмоциональной и социальной адаптации слепых и слабовидящих людей. Подчеркивается значимость раннего включения тактильного обучения в реабилитационные программы.